Главная / Культура / “Сербский Довлатов” Милан Марич: у русских все без обмана

“Сербский Довлатов” Милан Марич: у русских все без обмана

"Сербский Довлатов" Милан Марич: у русских все без обмана

Фильм “Довлатов” режиссера Алексея Германа — младшего стал его самой кассовой картиной еще до выхода в прокат. Объем предварительных продаж превысил восемь миллионов рублей, а в первый день проката картина собрала более 12 миллионов. Сербский актер Милан Марич, сыгравший главную роль, рассказал в интервью радио Sputnik о том, как учил русский специально для съемок и открывал для себя литературу Довлатова и нашу страну.

— До съемок фильма я не знал, кто такой Сергей Довлатов, но когда прочитал все, что он написал, то влюбился в его стиль. Стиль на первый взгляд очень легкий, остроумный, циничный, дерзкий, а в действительности — очень эмоциональный. Так пишут только большие мастера, большие писатели.

— Да, я добавил в него все, что узнал от людей, которые общались с Довлатовым, все, что прочитал о нем. Мне понравилось то, что мы сняли фильм не о всей его жизни, а сосредоточились лишь на шести днях. Довлатов был очень сложным человеком, который не мог примириться с существовавшей системой. Твоя страна — это муза, какой бы она ни была. В любом другом месте ты не будешь работать, отдавая все сердце. Думаю, что это очень тяжелое решение — уехать, осознавая, что ты, быть может, уже никогда не вернешься на родину. А особенно это сложно для писателя.

— Сербская актриса Даниэла Стоянович, которая уже давно живет и работает в Санкт-Петербурге, знала, что Герман ищет актера. А меня она видела в Белграде, в спектакле “Голод”. Вот она и показала Алексею мои фотографии. Первый этап кастинга заключался в том, что мне надо было отправить режиссеру черно-белые фото. Я пошел в фотостудию и сделал два портрета — как на паспорт. Затем потребовалось записать монолог из чеховского “Дяди Вани” на сербском в нескольких вариантах. И наконец, в последнем туре я приехал в Москву и отработал несколько сцен. Когда мне сообщили, что я получил роль, ощущение было невероятное. Мне понадобилось еще немало времени, чтобы поверить, что со мной это случилось на самом деле.

— Мы хотели снять фильм не о СССР, а о человеке, который в нем живет. Тогда это означало, что ты не можешь ничего, если ты не член Союза писателей. А вступить туда ты не можешь, потому что диссидент и у тебя проблемы с системой. Для людей искусства это создавало сложности не только творческие, но материальные. Их, например, увольняли из редакций. И здесь очень важно отразить их высокие моральные качества, рассказать о пресловутом конфликте политиков и людей искусства. Политики, конечно, никогда не смогут понять художников, которые живут для того, чтобы все вокруг подвергать сомнению. Поэтому люди искусства, как правило, мешают политикам.

— Парадокс в том, что во всех жестких политических системах искусство процветало. Вероятно, в таких условиях в человеке что-то пробуждается и заставляет искать иные пути, чтобы творчество увидело свет.

— Я еще не вышел, и это прекрасно. Я впервые раскрывал тему русских диссидентов. Истории этих людей задевают за живое. Довлатов умер от сердечного приступа в 48 лет. Такое происходит, когда в тебе годами накапливается внутреннее напряжение. К сожалению, при жизни он не считался великим писателем, постоянно сомневался в себе.

Тяжело выжить в системе, в которой преуспевают люди гораздо хуже тебя, но при этом именно их произведения называют вершиной искусства. Ты неизбежно начинаешь сомневаться в себе, а это может стоить жизни. 

младшим?

— Во-первых, это первая моя главная роль, во-вторых, я работал с иностранцем, с человеком, чьи фильмы я видел, но которого не знал лично. Мы общались до съемок, но кратко. Я очень волновался, потому что должен был говорить на языке, который я, по сути, не знаю. Продолжал думать на сербском и произносил заученные наизусть реплики на русском, а ведь мне нужно было передать эмоции и одновременно работать на камеру.

Через несколько дней после начала съемок я попросил организовать беседу с режиссером. Пришел в студию и говорю: “Я не уверен, но я сделал бы вот так и так. Правильно ли это?” А он ответил: “Ты думаешь, что я разрешил бы тебе сделать что-то не то?” В итоге мы договорились, что я верю ему, а он верит мне, и это прекрасно для актера.

Когда я получил роль, по-русски не мог сказать ни слова, а мне предстояло всего за три месяца выучить текст. Но у меня получилось, весь фильм мы сняли на русском. Конечно, потом был дубляж, поскольку от акцента избавиться невозможно.

— Это самый лучший комплимент вам из всех возможных: у русских все без обмана. Если пить, то до конца, пока не начнешь ползать по земле. Мне нравится такое невыдуманное сумасшествие. Вы действительно сумасшедшие и достойны за это уважения.

Мне было очень приятно работать в России, я познакомился с прекрасными людьми, у меня не возникло никаких проблем за эти пять месяцев. Конечно, есть определенные культурологические различия, если сравнивать вас с нами, южными народами. Мне показалось, русские немного держат дистанцию.

Я как-то спросил, почему никто не смеется на улицах, а мне сказали, что на таких смотрят, будто они немного “ку–ку”. Но затем добавили: зато если уж мы смеемся, то искренне. Кроме того, у русских самое трепетное отношение к культуре, с которым мне приходилось встречаться. В Петербурге на каждой улице — или театр, или галерея, или музей. Именно на культуре основана ваша самобытность. Все настолько грандиозно, огромно! У русских можно поучиться, как любить свою страну!

Источник: ria.ru

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*